Избавиться от двоек в дневнике
Как соцнауки подружились с нейрогенетикой и меняют образование
Почему мы такие разные: Александр Пушкин уже с восьми лет пробовал писать стихи, а кто-то в этом возрасте только учится читать по слогам? Детское развитие – предмет научных поисков профессора Юлии Ковас. На стыке когнитивной науки и психогенетики ученый исследует причины индивидуальных различий людей. Как это поможет скорректировать образование и сделает его персонализированным? И почему гуманитарии помогут технарям ответить на большие вызовы науки? Рассказывает эксперт III Всероссийского форума «Наука будущего – наука молодых».



Текст: Елена Поданёва, студентка Томского государственного университета (НИ ТГУ), призер конкурса «Дебют в научной журналистике».

Юлия Владимировна Ковас – PhD, профессор генетики и психологии в Голдсмитс-Университета Лондона, директор международной лаборатории междисциплинарных исследований индивидуальных различий в обучении Голдсмитс-Университета Лондона; директор международного центра исследований развития человека Томского государственного университета.

Фото: http://sfy-conf.ru
Елена Поданева: Юлия Владимировна, сегодня вы возглавляете научные центры в нескольких странах, проводите междисциплинарные исследования в сфере улучшения качества образования. Как Вы к этому пришли?
Юлия Ковас: Мое первое образование филолого-педагогическое, я преподавала в школе и там впервые столкнулась с идей индивидуальных различий. Когда в одном классе, с одним учителем и с примерно одинаковым социально-экономическим статусом семей обнаруживается разный уровень способностей, мотивации детей.

После этого училась психологии, нейронауке, генетике. И то, чем я сейчас занимаюсь — это междисциплинарные исследования с включением всех этих наук, потому что решение проблемы детского развития может быть достигнуто только на разных уровнях: когниции, мотивации, генетических факторов, семьи и так далее.

Сейчас уже понятно, что гены и среда взаимодействуют, оказывая влияние на развитие человека. И изучать это нужно в комплексе. Задача всех моих исследований – это понимание процессов, которые приводят к индивидуальным различиям, в частности в обучении. А конечная прикладная цель – персонализированное, более успешное образование.
Юлия Владимировна Ковас – сторонница междисциплинарных исследований. Она имеет за плечами несколько образований в области филологии, педагогики, психологии и психогетики. Весь этот опыт ученый использует в изучении детского развития.
Е.П.: Как на деле будет выглядеть модель персонализированного образования?
Ю.К.: Современная модель, когда дети одного возраста одновременно слушают один и тот же материал — это пример анти-индивидуализации. Понимание природы различий между детьми поможет персонализировать образование таким образом, чтобы каждый ребенок учился более эффективно. Возможно, что в будущем учитель будет выступать таким талантливым диагностом, наставником школьников, это будет междисциплинарный специалист. Я думаю, что огромной помощью в индивидуализации образования будут новые технологические возможности, которые помогут в том числе в выстраивании индивидуальных траекторий обучения.

Очень важно, что интеллектуальные, мотивационные процессы человека меняются под влиянием разных факторов постоянно, поэтому необходимо, чтобы индивидуализированное образование могло поймать траекторию развития ребенка в каждый момент его обучения. А не так, как показывает современная мировая практика: отобрали один раз детей, поместили в некую среду, и там они дальше развиваются. Это неэффективно.

Е.П.: Существуют ли примеры, как сегодня уже применяются методы персонализированного образования?
Ю.К.: Да, сегодня психогенетические и психологические исследования уже внедряются в практику, постепенно у педагогов немного меняется понимание процессов образования. Например, в Великобритании хорошо развита диагностика проблем обучения и поддержка детей с такими проблемами. Существующие сегодня методы диагностики позволяют выделить массу синдромов и разработать индивидуальные планы коррекции. Во многих английских школах студенты с дисграфией, с языковым или эмоциональным расстройством получают возможность проходить тесты и экзамены в специально подготовленных условиях. Это начало индивидуализации, но оно пока еще не учитывает огромного количества разных индивидуальных процессов.

К сожалению, во многих других странах и процессы диагностики, и коррекции, и помощи практически отсутствуют. Когда я общаюсь с нашими российскими педагогами, часто сталкиваюсь с тем, что учителя даже не знаю о таких понятиях. Вот такой разрыв между тем, что уже известно науке, и практикой. Я понимаю, что это медленный процесс, и нам вместе с педагогами надо много работать по интеграции знания в реальное образование.
Е.П.: Если представить, что мы уже повсеместно перешли к системе персонализированного образования, как это качественно изменит общество?
Ю.К.: Я думаю, что оптимизированная система образования приведет к успешности: повысится интеллект людей, мотивация, улучшатся другие психологические характеристики. И даже самого небольшого сдвига может быть достаточно, чтобы общество вышло на кардинально новый уровень жизни.
В рамках форума «Наука будущего – наука молодых» ученый провела мастер-класс, посвященный взаимодействию генетики, психологии и нейронауки.

Фото: Елена Поданёва
Е.П.: В Великобритании вы работаете с регистром, в который входит более десяти тысяч близнецовых пар, несколько лет назад подобный реестр был создан в России на базе Томского госуниверситета. Почему в качестве примера для исследования индивидуальных различий детей выбраны близнецы?
Ю.К.: Близнецы – это особенная группа людей, которая представляет собой некий природный эксперимент. Есть два типа близнецов: монозиготные и дизиготные – соответственно генетически идентичные и неидентичные. Обе группы растут вместе. И сравнивая их, можно сделать выводы о вкладе генетических и средовых факторов в целом в различия между людьми.
Е.П.: Во время работы секции «Социальные науки» вы обратились к молодым ученым с призывом, чтобы они определили, на какой из вызовов отвечает их проект. Почему это так важно? И как ваша научная деятельность в сфере изучения детского развития вписывается в приоритетные научно-технические стратегии?
Ю.К.: Если в результате индивидуализированного образования уровень когнитивных способностей человека улучшится, то это будет вкладом абсолютно во все стратегии. То есть наше исследование можно отнести к решению абсолютно всех задач общества.

Но к чему я призывала ребят – надо определить цель конкретного исследования. У каждого проекта должна быть основная идея, задача для потенциального применения.
Е.П.: Как вы оцениваете в целом роль социальных наук в улучшении жизни общества?
Ю.К.: Прекрасно оцениваю. Все науки важны, и я абсолютно против какой-то иерархии. Социальные науки необходимы, потому что именно они изучают проблемы общества. Тем не менее, я также считаю, что таких жестких разграничений в исследовательских программах быть не должно: это социологическое, это гуманитарное, а это биологическое. Биология включает в себя, например, и химию, и математику. Психология вообще супер-междисциплинарная наука, которая в себя все вобрала.
Ученые проводят эксперименты с участием детей-близнецов. Результаты исследования помогут разобраться в причинах различий между людьми.

Фото: сайт ТГУ
Е.П.: Юлия Владимировна, у вас есть дети? Применяете ли вы научные знания в повседневной жизни?
Ю.К.: Детей нет, что, наверное, парадоксально. Но вот у некоторых наших магистров (прим. ред. - магистратура по вопросам развития человека ТГУ) уже есть дети, и они рассказывают, что это такой натурный мини-эксперимент. Если бы у меня были дети, то я бы однозначно пользовалась научными знаниями.

Хочу сказать, что семьи, которые включены в наше исследование, они получают доступ к массе полезной информации, веб-сайту с результатами исследований, энциклопедии детского развития – бесплатному ресурсу, который мы создаем огромным международным консорциумом. Все это может помочь родителям и педагогам в воспитании и обучении детей.
Made on
Tilda